В историографии философии имя Петра Яковлевича Чаадаева (1794–1856) связано в первую очередь с дискуссией о путях развития Европы и России. Именно в контексте этой дискуссии, столь существенной для развития русской общественной мысли XIX века, его фигура принимает определенность и выступает, может быть, наиболее яркой среди ее участников.

Чаадаевские взгляды весьма далеки от такого западничества, единственный тезис которого состоит в приравнивании всего западного позитивному, а всего отечественного – негативному. Своей репутацией западника П.Чаадаев обязан прежде всего публикации первого из «Философических писем» и тем шумом, который за этим последовал. К западничеству можно отнести следующие черты чаадаевской концепции: отрицательную оценку прошлого России и высокую оценку исторического пути и достижений Западной Европы. Однако тезис о неповторимости каждой страны и населяющих ее народов выводит чаадаевские построения за пределы всякого западничества. Сближает Чаадаева со славянофилами критика подражательства Западу, которая ведет к поверхностному усвоению чужих идей, культуры, образа жизни, обрекает страну на вечное догоняние, т.е. на отсталость. Более того, его концепция вообще преодолевает всякое разделение на западников и славянофилов. С ее позиций становится естественным утверждение, что каждая страна должна найти свое место в составе мирового целого, заявлять и отстаивать право на собственную субъективность, не навязывать свой образ жизни другим, но и не опускаться до примитивного заимствования и поверхностного подражательства.

В связи с этим особый интерес представляет изучение первого «Философического письма» Чаадаева, в котором особенно ярко звучит тема России с позиций ценностного отношения автора.